 |
|
С таким видом Соломон мог принимать знаки внимания царицы Савской. В этом взгляде чувствовалась снисходительность и вместе с тем отчужденность...
Джером Клапка (Jerome Klapka)
«Падение Томаса-Генри»
Городок бежал уже под самыми крыльями, выставляя напоказ тайны своих садов: ограды не служили им больше защитой. Но, приземлившись, Фабьен понял, что ..
Антуан де Сент-Экзюпери (Saint-Exupery)
«Ночной полет»
ись над столом, глубоко -- "Я должен с нею связаться" -- я пытался стрельнуть в нее радостным взглядом сексуальным взглядом на который она так и не догадалась поднять голову или уви..
Джек Керуак (Jack Kerouac)
«Подземные»
Смотрите также:
Эрл Стенли Гарднер. Дело воющей собаки
Эрл Стенли Гарднер.Норковая шуба,побитая молью
Вы читаете «Дело воющей собаки», страница 10 (прочитано 11%)
«Бархатные коготки», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Белокурая удача», закладка на странице 10 (прочитано 9%)
«Блондинка с подбитым глазом», закладка на странице 10 (прочитано 7%)
«Влюбленная тетушка», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Дважды неразведенный», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Девственница-бродяга», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
- Он так и сделал? - поинтересовалась Делла.
- Нет, - Мейсон покачал головой. - Он оставил наследство миссис Клинтон
Фоули, законной супруге Клинтона Фоули, проживающего в этом городе на Милпас
Драйв, 4889.
- Так что от этого изменилось?
- Все. Если окажется, что женщина, проживающая с Клинтоном Фоули, не
расписана с ним, она ничего не получит. Наследство оставлено законной жене
Клинтона Фоули, а адрес определяет место жительство самого Фоули, а не его
жены.
- Вы думаете, что Картрайт неправильно истолковал ваши слова?
- Не знаю, - нахмурился адвокат. - Во всяком случае, в остальном он не
ошибся. Поищите Картрайта по телефонному справочнику. Милпас Драйв, 4893. У
него должен быть телефон. Немедленно свяжитесь с ним. Скажите, что это очень
важно.
Не успела она протянуть руку к телефонному аппарату, как раздался
звонок.
- Приемная Перри Мейсона, - ответила Делла, сняв трубку, и, послушав
несколько секунд, добавила: - Одну минуту.
- Это Пит Доркас, - сказала она, прикрыв трубку рукой. - Он хочет
срочно поговорить с вами насчет Картрайта.
Мейсон взял трубку.
- Слушаю.
- Боюсь, Мейсон, - послышался скрипучий голос Доркаса, - мне придется
отправить вашего клиента Картрайта в психиатрическую лечебницу.
- Что он еще натворил?
- Скорее всего, собачий вой - плод его больного воображения. Клинтон
Фоули рассказал мне, в чем дело, и убедил меня, что этот Картрайт не только
психически неустойчив, но и опасен, так как находится на грани того, чтобы
преступить закон и совершить насилие.
- Когда вы говорили с Фоули? - спросил Мейсон, взглянув на часы.
- Только что.
- Он все еще у вас?
- Да.
- Хорошо. Задержите его на несколько минут. Как адвокат Картрайта, я
имею право услышать рассказ Фоули. Я выезжаю немедленно.
Прежде чем Доркас успел возразить, Мейсон бросил трубку и повернулся к
Делле Стрит.
- Повторяю, свяжитесь с Картрайтом. Скажите, что я должен встретиться с
ним как можно быстрее. Ему необходимо уйти из дому и переехать в отель.
Пусть он зарегистрируется под своим именем, а потом сообщит вам название
отеля. Попросите его держаться подальше от моей конторы и не возвращаться
домой прежде, чем я переговорю с ним. А сейчас я аду к окружного прокурору.
Этот Фоули поднял шум...
Выскочив из такси, Мейсон быстрым шагом прошел мимо дежурного, бросив
на ходу: "Пит Доркас ждет меня", остановился перед дверью со скромной
табличкой "Пит Доркас" и постучал.
- Войдите, - крикнул помощник прокурора.
Мейсон повернул ручку и прошел в кабинет.
Крупный мужчина лет сорока, ростом не меньше шести футов, сидевший
перед столом Доркаса, встал и оглядел Мейсона с головы до ног.
- Полагаю, вы - Перри Мейсон, - сказал он.
Страницы: (81) : << ... 234567891011121314151617 ... >>
Тем временем:
... Хлеб у него все такой же хороший, он мне
часто дает кусочек. Хлеб всегда хорош. Полицейский Экстрем, с которым я
часто разговариваю, несчастен потому, что жена у него плохая хозяйка и
совсем перестала о нем заботиться. Даже городской судья и тот несчастен,
потому что потерял своего единственного сына.
Только я счастлив. Во мне ведь горит огонь веры, который никогда не
гаснет, который будет гореть и гореть, пока не сожжет меня. Я не знаю ни
забот, ни тревог, я не такой, как они. Таким мне быть нельзя.
Нет, мне нельзя отчаиваться. Ведь я должен верить за них.
Они взяли меня на казенный кошт, чтобы я мог посвятить себя своему
делу, ни о чем больше не заботясь. Мне здесь хорошо, нас кормят два раза
каждый день. Все здесь бедные и несчастные люди, мне их очень жаль. Они
добрые и тихие, кажется, еще никто не понимал меня так хорошо, как они.
Они тоже называют меня Спасителем и очень уважают.
По вечерам я им проповедую. Они слушают меня с благоговением, каждое
слово западает им в душу. Как сияют их глаза, когда я говорю! Они
хватаются за меня, за мои слова, как за свою единственную надежду. Да, они
понимают, что я пришел их спасти.
После ужина я всегда собираю их вокруг себя и вдохновенно говорю о той
вере, которая может преодолеть все, которая превратит этот мир в
счастливую обитель, дарованную нам господом. Начальник говорит, что это
можно, что это разрешается. Он мной доволен. Потом мы идем отдыхать. В
комнате нас четверо. Над моей постелью висит звезда, она сияет надо мной
всю ночь, она бросает свет на мое лицо, когда я сплю. Я не такой, как
другие.
О страшное отчаяние в моей душе! Отчаяние и тоска душат нас всех!
Исчезла звезда, звезда спасения, которая одна только может указать нам
путь! Утром, когда я проснулся, гвоздь, на который я ее повесил, был пуст.
Никто не знает, куда она пропала. Тьма поглотила нас, я ищу луч света, но
не нахожу ничего, не нахожу пути из этой ужасной тьмы. Все убиты горем,
весь город погружен в печаль...
