 |
|
Потом мирно отойдет и свернет опять на новый галс - абсолютно, понимаете ли, невозмутимо. А тот, кто задал вопрос, остался в дураках и весьма сконфужен. Остальные собаки, ..
Марк Твен (Mark Twain)
«Рассказ собаки»
Но я тоже полез на стол, присоединившись к Джорджу. Сидеть в течение долгого времени, согнув колени, на шатком одноногом столике не ахти как уд..
Джером Клапка (Jerome Klapka)
«Мое знакомство с бульдогами»
Послышались возгласы. Шерлок Холмс в Тибермесниле? Это -- всерьез? И Арсен Люпэн действительно находится в этих местах? -- Арсен Люпэн и его шайка не должны быть далеко...
Морис Леблан (Maurice Leblanc)
«Шерлок Холмс приходит поздно»
Смотрите также:
Эрл Стенли Гарднер. Дело воющей собаки
Эрл Стенли Гарднер.Норковая шуба,побитая молью
Вы читаете «Белокурая удача», страница 2 (прочитано 1%)
«Бархатные коготки», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
- Видишь?
- Очень ничего, - решил адвокат.
- Я правильно охарактеризовала ноги?
- Среди находящихся сейчас на пляже я отдал бы им второе место. После
твоих, естественно. Тайна заключается в том, почему ее никто не
сопровождает?
- Одна из тайн. Давай оставим здесь наши вещи и последуем за ней.
- А их не украдут? - забеспокоился Мейсон.
- Это частный пляж. Пока у меня здесь не возникало никаких проблем.
Полотенец, сандалий и книг здесь, похоже, у всех в достатке.
- Тогда пойдем, - согласился Мейсон.
- Интересующая нас девушка направляется в кафе, - сообщила Делла
Стрит.
- А мы идем следом?
- Да, шеф. Она идет открытое кафе, расположенное прямо на пляже, где
отдыхающие могут перекусить. Там отлично кормят.
- Но я не взял с собой бумажник, - воскликнул Мейсон, опуская глаза
на плавки.
- Если ты зарегистрирован в гостинице или являешься членом пляжного
клуба, тебе достаточно расписаться на счете.
- Ты обещала _п_о_з_н_а_к_о_м_и_т_ь_ меня с тайной, - заметил Мейсон,
когда они подходили к кафе.
- Обрати внимание, что я обещала познакомить тебя с тайной, а не
девушкой, - возразила Делла Стрит.
- А какая разница?
- Очень большая. Как, например, между Корпус деликти [Corpus delicti
- состав преступления (лат)] и трупом. Как ты сам многократно говорил,
средний человек считает, что Корпус деликти в деле об убийстве - это сам
труп, а на самом деле выражение Корпус деликти, если я все правильно
помню, относится к составу преступления, а не к телу жертвы.
- Таким образом, я делаю вывод, что маня знакомят с тайной, а не с
телом, к которому она относится, - улыбнулся Мейсон.
- Считай, как хочешь, шеф. Однако, могу заметить, что наблюдаю за ней
уже целых десять дней, и все это время она провела в одиночестве, что
определенно означает, что к ней не так-то легко подступиться.
- Так в чем же все-таки заключается тайна? - спросил Мейсон.
- Что ты думаешь об ее фигуре?
- О таких обычно говорят "аппетитная".
- Ты предполагаешь, что ей приходится постоянно бороться с излишним
весом?
- Я сказал бы, что у нее две основные проблемы в жизни: излишний вес
и свистки вслед.
- Так, посмотрим, какую кабинку она заняла, - огляделась по сторонам
Делла Стрит, заходя в кафе. - Если мы сядем вот здесь, то увидим, что она
будет есть. Ты не поверишь своим глазам.
Мейсон и Делла Стрит заказали жареную ветчину с гренками и кофе,
откинулись на креслах, обтянутых водонепроницаемым материалом и через
несколько минут увидели, как интересующей их блондинке принесли стакан
молока.
- Очень скромно, - заметил Мейсон.
- Для твоего сведения, шеф, стакан наполовину заполнен молоком, а
наполовину - сливками. Я подкупила официантку и узнала массу интересного.
Страницы: (101) : 123456789101112131415 ... >>
Тем временем:
... К нему, под самое небо, на роликовых коньках, взлетает в сетчатом
грузовом лифте девочка и сидит с ним на железной балке, свесив ноги над
пропастью, беспечно болтая ими и жуя на пару со
своим другом разделенный пополам сэндвич, запивая кока-колой из банок.
А под ними, как муравейник, кипит и грохочет Нью-Йорк.
Паренек иногда посылает ее за сигаретами, и она с радостью мчится вниз,
а потом снова, задыхаясь, - наверх и в награду за все получает
покровительственный шлепок по заду. Юноша относится к ней как к сестренке.
Ведь он уже почти взрослый. Скоро - семнадцать. А она - дитя. Влюбленное и
ревнивое. Умудряющаяся остаться чистой в грязном мире, который ее окружает.
Каждое утро девочку будит петушиный крик. В самом центре Нью-Йорка, в
хаосе каменных джунглей Манхэттена, неведомо из чьего окна громко и властно
кричит по утрам петух. И этот крик словно приносит в спертый, отравленный
воздух города аромат сельских полей, отзвук живой природы, вызывая на лице
просыпающейся девочки счастливую улыбку. Неизвестно откуда кричащая
птица-тоже ее друг. Она даже нашла для него угощение в надежде, что рано или
поздно разыщет его и даст поклевать зернышки со своей ладони.
А когда у матери допоздна задерживается клиент, девочка носится на
роликах по ночным улицам, как бы купаясь в отблесках неоновых реклам. Она
раскатывает перед витринами пятой авеню, когда на всей этой роскошной улице
остаются лишь манекены. Одетые в
меха и драгоценности. И совсем раздетые, бесстыдно оголенные. За
толстым стеклом художники переодевают манекены, переставляют их с места на
место, небрежно и бесцеремонно таская и хватая за всякие интимные места их
розовых пластмассовых тел. Наряжают их в новые, по последней моде одежды и
придают им элегантные позы. И девочка, ритмично танцуя на роликах, катит от
витрины к витрине, живет одной жизнью с неживыми манекенами, ставшими в
ночной час ее воображаемыми партнерами по играм.
Эти сцены и музыкально, и изобразительно выльются в танцевальную сюиту
ночной пятой авеню...
